Иерей Виктор Резник – священник из Коврова, который волонтёром отправляется в зону специальной военной операции с целью духовно окормлять бойцов, молиться вместе с ними и оказывать прочую поддержку. Рассказываем, как вера спасает человека и что более всего ценится на фронте.
Позывной «Владимир»
Виктор Резник, клирик храма в честь Феодоровской иконы Божией Матери, рассказывая о своих поездках на фронт, приводит веский довод: священников там не хватает. Как подтверждение – голосовые сообщения в его мобильном, которые он получил, когда уже оказался на СВО:
«Отец Виктор, мотострелковый полк беспокоит. Скажите: завтра сможете с нашими бойцами поработать? Молитвы прочитать. Может, кто-то из них захочет вам рассказать свои чаяния…»
«Мы тут подумали с командованием… Было бы превосходно распространить божью благодать на весь полк. Может, нам митрополит икону передаст для полка в дар или мы купим? А вы сможете её освятить. Просто не знаем, как это лучше сделать…»
Мысль отправиться на СВО волновала его давно, но не позволяли обстоятельства. В 2024 году к действию подтолкнул звонок от протоиерея Михаила Чернова, возглавлявшего тогда ковровское благочиние. Он не требовал скорого ответа. Отец Виктор тут же сказал «да». Новость стала известна близким, в семье священнослужителей секретов нет. Кирилл, старший из трёх детей, студент семинарии, говорил тогда матушке Анне:
– И не сомневался, что отец ответил согласием.
Опыт пребывания в зоне боевых действий у отца Виктора был. Срочную службу он проходил на Кавказе во время второй чеченской кампании. Патриотически был настроен всегда. На СВО он выбрал себе позывной «Владимир», отчего многие бойцы его так и зовут – отец Владимир. От военнослужащих батюшка внешне не отличается: вся связь по рации, вместо рясы – обмундирование. Враг священников в плен не берёт, считая их мощнейшей силой для поднятия духа.
В командировки отец Виктор отправляется в качестве волонтёра, когда предоставляется возможность, либо во время собственного отпуска. Продолжительность поездок разная, от месяца до четырёх. Священнослужители могут заключить контракт с Минобороны и получать выплаты. Есть должность помощника командира части по работе с верующими. Как правило, это служба с одним подразделением полка. Отец Виктор говорит, что ему такой вариант не подходит: так он не сможет охватить много военнослужащих, да и оставлять свою паству здесь, в Коврове, ему не хотелось бы.
В каждую поездку он берёт гуманитарку, которую собирают ковровчане из группы «Помощь нашим» и другие волонтёры. Его видавшая виды «Нива», такая белая в мирном городе, на фронтовых дорогах быстро покрывается грязью. Отец Виктор тщательно протирает лишь знак «Z» на стекле. Он означает: «За победу».
Храм там, где люди
Каждая командировка – это нескончаемые перемещения между боевыми позициями. Священник нужен всегда и везде, а потому отец Виктор был почти на всех направлениях фронта, имея чаще всего дело с военнослужащими из подразделений «Штурм V» и «Штурм Z» на передовой. С собой у него всегда походный набор для служб. Они проводятся и на открытой местности, и в блиндажных часовенках, которые бойцы нередко организуют сами.
Как-то, закончив службу с тремя батальонами, которые шли на штурм, и почти утратив способность говорить, отец Виктор собрался в штаб. По пути встретил бойцов.
– Батюшка, уже уезжаете?
– Да.
– А когда ещё будете?
– Я подожду вас.
И он ждал, пока они соберут всех желающих для проведения ещё одной службы. Потому что знал: приход далеко от этого места. Чаще всего священник на фронте проводит крещение и причастие. Решение пройти обряд крещения бойцы нередко принимают перед боем. Некрещёных очень много среди выходцев из Забайкальского края. В центральной России и представить себе сложно, что православный храм может быть недоступным, а на Забайкалье такое не редкость. Подсчитать, сколько раз на СВО он совершил таинства крещения, отец Виктор может с трудом – так часто это было.
– После первого боя люди сильно меняются, – говорит он. – Казалось бы, человек и вовсе далёк от Бога. С одним из таких я две недели был на позиции, он приходил ко мне беседовать. Спустя время он говорил мне, что только молитвами и спасается. А на фронте если ты сказал, что в Бога веришь, но на деле этого не показываешь, то и бойцы верить тебе не будут. Они уважают только тех, кто держит своё слово.
Отец Виктор вспоминает одну из служб. Он проводил её в слабо укреплённом блиндаже. Вместо брёвен в три наката, которые выдерживают снаряд – просто доски. Во время проповеди начался обстрел. Всех сковал лютый страх, было желание укрыться. Никто не сдвинулся с места. Обстрел закончился тогда, когда завершилось таинство крещения и причастия.
На Южно-Донецком направлении отец Виктор помогал строить храм Покрова пресвятой Богородицы. Располагается он, как и все строения для бойцов на фронте, под землёй. Вмещает 200 человек. Сложностей с его строительством было великое множество. Справляться помогали местные жители, власти, военнослужащие. Благодаря главе местной администрации в храме появилась икона Игнатия Мариупольского с частичкой его мощей. Иконостас был изготовлен в Москве. Храм действует. Отец Виктор каждый раз, отправляясь в командировку, проводит там службы, как и другие священники.
Ниточка к Богу
На фронте Бог везде. Молитва спасает, и примеров тому множество. Для верующих это проявление силы и могущества Господа.
Вот лишь один из случаев. Отцу Виктору о нём рассказал боец. В бою он получил ранение в ногу. Перевязал себе жгутом артерию, лёг головой вниз, чтобы не потерять сознания. Всё вокруг свистит, бой в разгаре. Помирать обидно, хочется пить.
Видит: подходит к нему дедушка.
– Дед, ты откуда такой бесстрашный?
– Неважно. Вот попей водички. Я за тебя помолюсь, всё хорошо у тебя будет.
Он оставил ему бутылку воды и удалился. Боец утолил жажду, отлежался. Полегчало. Залез в карман, обнаружил там икону – видимо, дед её туда положил. Прочёл: «Николай Угодник». Посмотрел на лик и понял, что этот святой к нему и приходил.
На фронте батюшка живёт в блиндаже, часто вместе с бойцами. Из еды – сухпайки и блюда из подземной кухни. Хорошо, если вообще поесть получится. Спать порой приходится в холоде. Белая простыня, такая привычная для большинства из нас – невиданная роскошь. Ценятся там совсем не те вещи, что в мирной жизни.
– Солдаты плачут, когда читают детские письма, – говорит отец Виктор. – В них искренность и чистота. А ещё бойцам очень важно услышать в свой адрес «спасибо».
Из каждой командировки отец Виктор возвращается другим.
– Там происходит проверка твоей веры, – отмечает он. – Каждое передвижение сопряжено с риском, ты молишься и начинаешь понимать, есть у тебя Бог в душе или нет. Приобретать духовный опыт тяжело, но иметь его сладко.
За то, что был с ребятами (именно так он называет бойцов) на передовой, отец Виктор награждён медалью «За гражданское мужество». Несколько месяцев он был помощником протоиерея Петра Гриценко, заместителя главного священника СВО. Получил от него грамоту. Есть в ней такие слова: «Искреннее и бескорыстное служение таких священников всегда способствовало общей победе русского народа в борьбе с врагом. Их труд порой незаметен для многих, но как же необходим на фронте».
На вопрос, будет ли ещё командировка на СВО, отец Виктор отвечает «да». Для бойцов он ниточка к Богу. Нельзя, никак нельзя её порвать.
На заглавном фото: Служба в блиндаже
Ольга Рождественская. Фото из архива отца Виктора
