Приятный отклик на одну из наших публикаций пришел от старожила города Александра Дубова. Не секрет, что детская память самая цепкая, и она хранит ценные свидетельства из прошлого. Вот что он написал нам.
«С удовольствием прочитал в вашей газете статью «Пришел из Ставки приказ к отправке» (КН, №26). Очень хорошо, что поднимается тема Первой Мировой войны и ее героев. В статье автор упоминает нашего земляка и полного Георгиевского кавалера Сергея Ефимовича Рунова. Я один из тех жителей, которые помнят его живым. В 60-е годы прошлого столетия, когда мама водила меня в детский сад №15, расположенный на ул. XIX партсъезда, мы с ней часто проходили мимо одного частного дома на ул. 2-я Кирова (так тогда называлась нынешняя ул. Фрунзе). По вечерам я часто замечал сидящего на крылечке широкоплечего старика с густой бородой. На нем всегда была форма, не похожая на форму военнослужащих Советской армии, а был китель темно-зеленого цвета и штаны с желтыми лампасами, обувь – добротные юфтевые сапоги (всегда начищенные, что говорит о солдатской выправке). И на груди у него всегда красовались четыре Георгиевских креста (без них он вообще не выходил на беседки). Эти красивые награды и приковывали внимание прохожих. Степенный и явно гордый собою был дедушка: он почтительно здоровался со знакомыми, живо обсуждал что-то с соседями, шутил иногда с ребятишками.
В то время, как мне помнится, участники Великой Отечественной войны еще не носили свои боевые награды в повседневной жизни, а надевали их только 9 мая. Поэтому и смотрелся так «живописно» этот ветеран Первой мировой. Повзрослев, я слышал, что якобы неспроста Сергей Ефимович надевал свои ордена, так он выражал протест советской власти за то, что был репрессирован в сталинскую пору. К сожалению, мы слишком мало знаем о судьбе полного Георгиевского кавалера, которым можем гордиться. Но, может, живы его родственники, которые могли бы больше рассказать о его судьбе и, в частности, о месте его захоронения. Очень на это надеюсь…»
И мы тоже на это надеемся. Потому как Георгиевский крест являлся высшей наградой для солдат и унтер-офицеров за боевые заслуги и храбрость, проявленную против неприятеля. Данные герои входили в элиту Русской Императорской Армии, являлись самыми доблестными её представителями и достойным примером для сослуживцев, на них равнялись.
И что поделаешь, если в официальной советской историографии Первая мировая получила наименование «империалистической», а в разряд новых героев попали те деятели, которые занимали антивоенные позиции. Сама война описывалась как катализатор объективных социально-политических противоречий, которые закономерно привели к торжеству Великого Октября. Отсюда следовал акцент на страданиях простого солдата, предательском поведении командования и политического руководства, бессмысленности войны – что якобы и делало неизбежным превращение ее из империалистической в гражданскую, а рядового фронтовика преобразовывало из жертвы режима в пламенного революционера.
А именно в честь такого пламенного революционера названа в нашем городе улица в микрорайоне Малеева и Кангина. Николай Андреевич Рунов – член РСДРП с 1905 года, до Октябрьской революции работал в железнодорожных мастерских и активно вел подпольную пропагандистскую работу. После 1917 года занимал видные посты в местных партийных и профсоюзных органах.
Возможно, настало то время, когда мы можем воздать должное обоим этим однофамильцам. Так что слово не только за историками и краеведами, но и простыми обывателями, которые помнят моменты из жизни двух наших земляков. Любые новые сведения о них будут очень кстати.
Анатолий Сенцов. Фото из открытых источников
